А ведь могли баварское пить …

А ведь могли баварское пить …

Это мальчик Олежка из Крыма, 51 годик, руководитель парка «Тайган».

Просто напомню кое о чем:

— Обнаруженные историками и краеведами новые подробности злодеяний в концлагере «Красный» под Симферополем никого не могут оставить равнодушными. Из девяноста подобных «фабрик смерти», расположенных в Крыму, он считается самым кровавым.

— Концлагерь был создан для уничтожения жителей Крыма, это признано Верховным судом СССР. В лагерь попадали не только военнослужащие, но и мирные жители. Их хватали во время облав, комендантского часа, на рынках, на улицах, возле дома, даже на огородах. Брали всех подряд, — мужчин, женщин, детей. Причин не объясняли. Особенно при облавах выслуживались татары из добровольческих батальонов, их в Симферополе было два. Местное население их особенно боялось. В целом с приходом немцев в Крым мусульманский комитет создал на полуострове десять татарских батальонов, которые своей жестокостью превзошли фашистов.

— Расстрелы производились ежедневно. Вечером на поверке комендант ходил между рядов и тыкал пальцем в того или иного узника. Без какой-либо особой причины — слишком дерзко посмотрел, или, наоборот, отвел взгляд, или проявил недостаточно усердия во время трехкратного приветствия. Отмеченных тут же уводили на расстрел. Массовые казни проводились в поселке Дубки, в трех километрах от концлагеря. Оставшихся заставляли бегать вокруг бараков. Кто отставал или падал, тех либо били палками, либо также расстреливали.

— Там же, в лагере, людей морили в машинах-душегубках. Но в основном расстреливали. Трупы сжигали в открытом крематории. В музейном архиве есть свидетельское показание водителя по фамилии Легек, скопированное из судебного дела. «Я не участвовал в убийствах и сожжениях людей, — клялся Легек. — Я только подвозил на машине трупы, бревна и смолу». По его свидетельству, к 1944 году пленных уже не вывозили в Дубки. Им сразу пускали пулю в затылок, после чего складывали штабелями на рельсы. Тела перемежали с бревнами, обливали бензином и поджигали, а рядом кипела смола, которой заливали обугленные трупы. Этот «крематорий», находящийся в километре от концлагеря, работал круглосуточно.

— На нарах можно было уместиться только лежа на боку. Если один хотел повернуться, приходилось поворачиваться всему ряду. Мы слышали несмолкаемые очереди и знали, что это расстреливают людей из соседних бараков. Видели в окошечко, как выводили людей, скручивали им руки сзади проволокой, и после этого до нас доносился короткий вскрик. Это означало, что человека живьем сбросили в колодец. Однажды ночью мы проснулись от выстрелов и криков. Поглядели в окошко — горит соседний барак. Люди выскакивали из него, тут же попадали под автоматные очереди и замертво падали. После того как наших соседей спалили заживо, очередь дошла до нас. С утра заходили немцы и, выкрикивая фамилии, педантично выводили людей на улицу, начиная с верхнего яруса. Мы тихо шептали им: «Прощайте, товарищи!» Потом раздавались выстрелы…

— Когда советские солдаты вошли в лагерь, ни одного из заключенных в живых не застали. Кроме девяти колодцев, солдаты обнаружили в лагере еще двадцать ям с телами расстрелянных и две площадки для сжигания трупов. Ужасный смрад от разлагающихся человеческих тел разносился по округе на несколько километров. Точных данных о числе жертв нет до сих пор. — Только из одного колодца в лагере было извлечено 250 останков, — рассказывает Кобус. — Среди них и дети в возрасте от восьми месяцев до 15 лет. Многие останки были без пулевых отверстий. То есть в колодец их сбросили живыми. По некоторым оценкам, в период существования лагеря с марта 1942 года по апрель 1944 года в нем было уничтожено более 20 000 человек.

 

 

 

Сергей Zergulio Колясников

 

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Войти с помощью: 
Please enter your comment!
Please enter your name here